Один уважаемый шведский банк, занимающийся обслуживанием пенсионных накоплений, провел исследование на тему представлений нашего народа об уровне благосостояния в предстоящей старости. Результаты опроса показали, что в латвийском обществе «царит иллюзия будущего благосостояния» - сегодняшние трудоспособные, оказывается, надеются, что в старости латвийская пенсия позволит им много путешествовать, наслаждаться культурой и заниматься спортом. Совсем как в Швеции...

Трудно сказать, где проводился этот опрос, но такое впечатление, что среди высших чиновников или бизнесменов, которые сами у себя оформлены «генеральными директорами» и делают соответствующие социальные отчисления с четырехзначных зарплат. Потому что у простого наемного люда (не говоря уже о тех, кто в желтых казенных жилетках скалывают лед с тротуаров за сто латов в месяц) иллюзий по поводу пенсий нет. Никаких, и уже давно.
Некоторые и сами догадывались, а особо наивным устами высших должностных лиц в последние годы уже не раз было прямо сказано, что рассчитывать в старости они могут только на скромное пособие. Если, конечно, доживут до пенсионного возраста, удаляющегося как линия горизонта.

Выход из невеселой ситуации банкиры видят в своих пенсионных фондах «третьего уровня». Для этого будущий пенсионер должен кроме тех денег, что снимают с его зарплаты в виде налога, сам перечислять банку некоторые суммы, с тем чтобы получить по достижению определенного возраста (он оговаривается в договоре с банком и с выходом на пенсию не связан) накопленное. Государство за это даже будет возвращать ему подоходный налог с этих сумм, правда, только в пределах установленного минимума. Банк вложит эти деньги в какой-нибудь экономический проект и, заработав, поделится со счастливчиком прибылью. Математически это все, конечно, правильно, но... Достаточно оглянуться на последние сто лет нашей драматической истории, чтобы заметить, что не только банки и фонды, но и целые государства и социальные системы этот срок не пережили. При этом даже среди своей родни еще недавно можно было найти людей, детство которых прошло при царе, а старость выпала на первые годы второй латвийской независимости. А между этим были две революции, две мировые войны и одна гражданская, раз семь менялась государственность и еще большее количество раз - денежные единицы...

Этот печальный исторический круг из голодного детства в голодную старость дает нам не только социально-политический урок, но и экономический. Рубли сменялись «керенками», рублисами и латами, те снова рублями, потом марками, снова рублями и снова латами, но, что интересно, имея в кармане знаменитый золотой николаевский червонец, можно было спокойно прожить месяц не только в 1914 году, но и в 1994-м. Да и сегодня вам за него охотно выплатят 250 полновесных «лососей», на месяц вполне хватит.

Поэтому, несмотря на то, что главная проблема основной части работающего латвийского населения не в том, куда инвестировать, а в том, как дотянуть до следующей зарплаты, вопрос хоть каких-то гарантий накоплений к старости остается очень острым. В благополучной Европе кроме пенсионных фондов и вышеупомянутого популярного металла или нефти с газом надежным объектом вложения считается недвижимость, земля под сельхозугодиями и лесом в том числе. Именно для этого, кстати, для вложений из их пенсионных фондов скупаются шведскими компаниями латвийские леса и земли.

Нефти-газа у Латвии почти нет (а то, что вроде бы есть на морском шельфе у границы с Литвой, по сути дела, заранее обещано отдать иностранным разработчикам), но запасы леса еще приличные. Причем принадлежат они государству. Однако вместо того, чтобы создать на базе «Latvijas Valsts meži» какой-нибудь гарантийный фонд, лес тупо пилят и продают, сливая многомиллионную прибыль в бездонную дыру расходов госуправления.
Разве на фоне этой распродажи у кого-то еще могут быть иллюзии по поводу будущего?

Виктор Матюшенок