Вот мы и дождались эпохальной даты. В течение 20 лет статус русского языка был весьма расплывчат, и вот на 18 февраля намечено событие, о котором известно в любой латвийской глуши. Поправим мы конституцию или не поправим? Станет ли Латвия прибалтийской страной, в которой два госязыка?

Прошел первый этап, латышская элита хохотнула. Прошел второй этап, задумались и встрепенулись. Референдум содержит лишь два ответа: «за» или «против». Чтобы русский язык получил степень государственного, надо собрать около 772 тысяч голосов. Однако правительство просит прийти всех граждан на всенародное голосование и выразить свою позицию. Хотя зазывание подразумевает выяснить, сколько же жителей Латвии не солидарны с Владимиром Линдерманом. Чтобы в случае провала референдума указать на несостоятельность всего «цирка языка».

Правильные правила
Половина граждан должна проголосовать положительно. Для Латвии это много, а значит, сложно. 57% активных жителей участвовали во внеочередных выборах, примерно столько же нужно для принятия поправок к конституции. Цифры высоки, поэтому многие политологи, политики и другие авторитетные эксперты считают, что цель недосягаема. Тем не менее правительство активизировалось и проведет агитацию за неизменение языковых норм в Сатверсме. Агитация, как и сам референдум, так и второй этап сбора подписей оплачиваются из госбюджета. Точнее, из наших налогов.

Солвита Аболтина, спикер Сейма, считает, что правительство выполнит свои прямые обязанности, если проведет несколько уроков для общества. По ее словам, государство должно объяснить гражданам, что же написано в конституции ЛР. Будто нерадивые жители не осознают «священные псалмы отцов». Надежда правительства заключается в том, что после «расшифровки» всенародное голосование потерпит фиаско. Хотя на сегодняшний день спикер глаголет лишь о долге перед народом.

Объяснить они могут и это вполне им по силам, но влить в уши то, что написанное является неоспоримым фактом, задача непростая. Илга Кретусе, политолог, профессор, декан европейского факультета Рижского университета имени П. Страдыня, подсказала, что демократия подразумевает изменения в конституции, если того желает большая часть жителей. Хотят ли этого конкретные известные личности или не хотят, но это воля народа, с ним нужно считаться. И вот в этом заключается одна из обязанностей правительства. Даже те, кто желает снести основы, по-своему прав. Как и прав тот, кто готов грудью эти основы защищать.

Только последнее время постирались границы морального долга государства. Теперь оно само выбирает, кому и что должно, а что и кому не обязано. Агитация строится по-разному. «Латышской аудитории» будут напоминать, что латышский язык — один-единственный государственный. На латышском, естественно. А нелатышам на русском языке расскажут о том, что язык, точнее, латышский — нас объединяет. Почему-то правительство еще не понимает, что «латвиешу валода» не склеивает пока общество. Никак не склеивает.

РАЗДВОЕНИЕ ЛИЧНОСТИ

Кем может быть житель Латвии? Жгучую смесь кровей в этот раз обсуждать не будем. У гражданина Латвии в паспорте указана национальность — латыш, дома говорит на латышском языке, других языков не знает вообще. Иначе как «латыша» его представить невозможно, но это ведь не все примеры. Далее, гражданин, в паспорте — латыш, но способен говорить, например, на русском языке. Он уже русскоговорящий. Как его можно назвать? Можно латышом, а можно русскоговорящим. А есть те, кто латыши, но дома говорят на русском.

Или еще один вариант: человек дома говорит на русском, в паспорте национальность не указана, но Латвия — его родной дом. И как ни крути, но ни в Россию, ни в Англию уезжать не хочет. Тогда его можно назвать гражданином Латвии, без конкретики, просто гражданин. Получается, что у нас есть латыши, есть русские, но русские, которые как бы латыши. Если попробовать объяснить это немцу или американцу, они ничего не поймут. А мы живем в этой абракадабре. Причем живем давно. Поэтому сегодня введен еще один термин, который обобщает всех, кто живет в Латвии, без конкретики на язык — латвиец.

В этом и есть одна из проблем страны, мы все поделены. Причем один и тот же человек может быть сразу в нескольких категориях, что абсурдно. Уж если делите, то делайте это четче. В идеальном варианте не делите сами и не позволяйте этого делать другим. Беречь нужно не латышскость (еще один термин 21 века), а Латвию со всеми жителями.

ВСЕ ТОЛЬКО НАЧИНАЕТСЯ

По прогнозам аналитиков, референдум распадется как карточный домик. Но что же будет потом? Клавс Седлениекс, социантрополог РСУ, считает, что «выкинуть из головы» 180 тысяч человек невозможно. С ними нужно работать, как и не забывать о другой части общества. А если предположить, что количество голосов «за» будет еще больше, то в огород правительства попадают не камни, а булыжники.

К сожалению, власти никак не могут понять, что по щелчку ничего не изменится, и даже одна оплаченная из госбюджета агитация не спасает ситуацию в целом. Мы не едины, как после выборов 2011. С таким разладом необходимо бороться, но, тем не менее, нас еще больше разделяют. Всегда где-то позади большого корабля проблем и вопросов есть шлюпка с маленькой злобой дня: «А может, это в интересах власти?»

Екатерина Сологуб