79 лет со дня трагедии в Аудрини

4 января горожане и гости города в индивидуальном порядке, кто когда смог, почтили память жертв Аудринской трагедии, произошедшей как раз в это время ровно 79 лет назад, и возложили цветы и венки непосредственно к мемориалу жертвам в поселке Аудрини, в Анчупанском лесу и на месте расстрела 30 мужчин и юношей из деревни Аудрини на бывшей базарной площади в Резекне.

Отдали дань памяти и мэр Резекне Александр Барташевич, и вице-мэры Андрей Решетников и Алексей Стец, председатель самоуправления края Монвид Шварц. Традиционно  почтить память аудринцев приехали представители Социалистической партии Латвии (LSP) из Риги, Саласпилса, Лудзы, только если раньше ехали целым большим автобусом, то сейчас, соблюдая все эпидемиологические предписания, социалисты добирались до мест назначения на своих машинах — строго по двое и в масках.
И хоть об Аудринской трагедии писали неоднократно, на Рижской киностудии даже был снят  20-минутный документальный фильм «Приговор обжалованию не подлежит», об этом надо вспоминать и повторять вновь и вновь, ибо преступления против человечества не имеют сроков давности, и мы не можем допустить повторения подобного.
Как произошла эта трагедия, по каким причинам и кто виновен, хорошо рассказал в своей статье на портале «Спутник ньюз» журналист Андрей Татарчук:
— В Аудрини всё началось как бытовая ссора, насколько просты, бесхитростны и жадны тогда были нравы. Жительница Анисья Глушнева крепко поссорилась с жительницей соседней деревни Заречье Мариной Морозовой и ее матерью Акулиной Роговой из-за дележки имущества расстрелянных в первые месяцы оккупации резекненских евреев — велосипедов, одежды, обуви и кухонной утвари, имевшей ценность для крестьянского люда. В доме Анисьи в то время жил ее сын Родион, бывший советский милиционер, бежавший из заключения в Резекне вместе с пятью красноармейцами. Ей было жалко измученных людей, от которых остались лишь кости да кожа. Она делилась с ними последними скудными запасами еды, добывала продукты у соседей. Едва окрепнув, невольные гости Анисьи собрались уходить в лес к партизанам. Именно в это время Морозова и ее мать донесли в полицию Резекне, что в Аудрини скрываются советские солдаты. Согласно свидетельским показаниям, Рогова оправдывалась: «Не я доносила, а моя дочь. Мы хотели сгубить одну Глушневу, а не всех».
На задержание пошли двое полицейских, Луборджс и Ульянов, один из которых был без оружия. В перестрелке Луборджс был убит наповал на месте, Ульянов и солдаты разбежались по лесу возле деревни. На следующий день начальник 2-го отдела Резекненской районной полиции Болеслав Майковскис прибыл в деревню во главе небольшого отряда и арестовал Анисью вместе с ее малолетним сыном Василием Глушневым. Майковскис лично пытал их, требуя сказать, где беглецы, а в лес на поиски была отправлена группа полицаев. Троих из них красноармейцы также застрелили. «Что мы скажем Гебитцкомиссару?» — после этого спросил на совещании начальник полиции Резекненского района Альберт Эйхелис у Майковскиса, как показали свидетели процесса 1965 года. «Мы ответим им кровью всех аудринцев», — ответил на это Болеслав Майковскис. Оберштурмбанфюрер СС, командир полиции безопасности и СД в Белоруссии, а также командир «Айнзатцкоманды 2» Эдуард Штраух дал разрешение на полную санацию деревни и ее жителей. 2 января всех людей, 205 человек, включая 51 ребенка, увезли на подводах в городскую тюрьму, где даже не зарегистрировали — убили на следующий день. Пытали, затем вывезли в Анчупанский лес на полигон к яме, у которой с осени 1941 года расстреливали евреев. У одной из женщин в тюрьме родился ребенок, она спрятала его в куче тряпья у могилы, один из полицейских по фамилии Смилтниекс увидел это и прострелил младенцу череп. Свидетель Клапарс вспоминает, что Смилтниекс потом хвастался: «Когда я выстрелил, он так и разлетелся вдребезги». 
Деревню Аудрини сожгли ровно в 14.00 по сигналу красной ракеты, которую запустил Эйхелис. Его подчиненный Болеслав Майковскис расставил у каждого из 42 жилых домов, облитых керосином, по полицейскому с факелом. Крестьянских свиней резали, жарили мясо, пили самогон. Последних 30 аудринских мужиков и юношей (самому младшему было 13 лет) расстреляли на базарной площади Резекне 4 января. Казнили группами по 10 человек, стреляли с двух шеренг, стоя в первой шеренге на одном колене. Никто не просил пощады. Матвей Глушнев успел крикнуть: «Мы не напрасно проливаем кровь, придет день…» — в этом момент его застрелил резекненский командир 4-го участка полиции Резекне и начальник полиции города Малта Харалд Пунтулис. Начальник полиции Резекненского района Альберт Эйхелис лично участвовал в казни, достреливая в головы раненых из своего пистолета.
Возмездие?
В 1965 году в Риге в здании Дома культуры ВЭФ состоялся судебный процесс над участниками аудринской казни. Часть полицейских, как Петровский, получили 20—25 лет лишения свободы — один из участников казни прятался под чужим именем в России, другого в Советскую Латвию выдала Польская Народная Республика. 
Командир «Айнзатцкоманды 2» Эдуард Штраух в конце войны руководил службой безопасности рейхсфюрера СС в Валлонии. В Нюрнберге приговорен трибуналом к смертной казни через повешение за убийство 55 тысяч человек в Белоруссии, Латвии и Литве, но был выдан для суда Бельгии, где также был приговорен к смерти. Из-за психического заболевания приговор в исполнение приведен не был. Умер в тюремной больнице. 
Рейхскомиссар рейхскомиссариата Остланд Генрих Лозе осенью 1944 года, в ходе широкомасштабного наступления советских войск бежал из Прибалтики. Арестован в 1945 году, три года спустя «Кровавый Генрих», как его прозвали в ФРГ, был приговорен к 10 годам заключения. Отбыл часть и был освобожден по состоянию здоровья, последние годы жизни до 72 лет провел в родном городке, земле Шлезвиг-Гольштейн. 
Эйхелис, Пунтулис и Майковскис были приговорены в смертной казни заочно. Они бежали из Латвии вместе с отступающими частями Вермахта, жили и умерли в преклонном возрасте в Канаде, США и ФРГ. Требования МИД СССР об их депортации как военных преступников выполнены не были. 
Как свидетельствуют раскрытые в 2014 году архивы ФБР, находящиеся сегодня в свободном доступе, Болеслав Майковскис в эмиграции вступил в организацию латышских ветеранов войны «Даугавас Ванаги» в Нью-Йорке, был избран в правление Ассоциации американских латышей. Он называл себя «латышским клерком из Резекне», не связанным со структурами нацистских коллаборационистов, а все обвинения в преступлениях против человечности называл «советской пропагандой». Умер после развала СССР, в 1996 году, в Германии. 
В позапрошлом году на месте расстрела 30 мужчин из деревни Аудрини  на рыночной площади Резекне самоуправление сделало ремонт: всё там новое, кроме гранитной плиты с фамилиями убитых. Почти половина из них с фамилией Глушневы. Этот род староверов поселился в лифляндской деревне задолго до Первой мировой войны и внезапно оборвался в лихолетье Второй мировой.
И хоть трагедия в Аудрини стоит в одном ряду с другими наиболее бесчеловечными преступлениями нацистов во время Второй мировой войны, нынешние латвийские официальные власти о ней, к сожалению, не вспоминают и не отмечают. Последний из официальных высокопоставленных лиц Латвии, который посетил мероприятия памяти жертв Аудринской трагедии, был тогда еще министр обороны Раймонд Вейонис в 2015 году. «Мы должны чтить память убиенных и посмотреть в глаза истории — тоталитарный режим, пропаганда, ложь и призывы к ненависти могут превратить и превращают людей в зверей», — так прокомментировал тогда Р. Вейонис свое решение о посещении памятных мероприятий 4 января.
Хотелось бы закончить эту статью отрывком из книги 
А. Ананьева и Ф. Туликова «Трагедия на Анчупанских холмах»:
«Идет время. Как раны на теле людей, зарубцовываются окопы и воронки, оставшиеся от минувшей войны, всё менее заметными становятся ямы на Анчупанских холмах. Но не зарастают, не заживают раны в сердцах людей. Они как бы слышат еще треск автоматных очередей на Анчупанских холмах, видят окровавленных людей, падающих у края огромных могил, слышат их предсмертные стоны, чувствуют едкий запах черного дыма от костров из человеческих тел. И ноющая боль остается в их сердцах». 

07 января 2021
Average: 1 (2 votes)

Добавить комментарий

3 + 1 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.