Озеро Улей (Дополнено)

I. Вовка

«Да вставай же, давно пора, — громко прошептал над ухом отца маленький Вовка. — Уж и солнышко взошло… Ну, папка же, ты же обещал», — никак не успокаивался сын, тряся папку за плечо.

А папка только пробормотал что-то про себя и перевернулся на другой бок: сон никак не отпускал в такую рань Павла Иваныча. А Вовка, похоже, и не ложился в эту ночь, поджидая утра… Отец вчера пообещал отвезти свое семейство на остров Лебяжий, который находился в километрах трех от берега. На этот островок обычно отправлялись деревенские жители в конце июня — на покос. Плыть надо было на лодках, собирались на остров целыми семьями, чтобы заготовить сено к долгой снежной зиме, иначе не выжить домашней живности без островного подспорья. А на острове Лебяжьем этого добра хоть отбавляй, хватает всем сочной, правда, немного жестковатой, буйно выросшей на вольном просторе, травы. Надо было успевать, поторапливаясь, пока не навалились июньские запоздалые дожди, моросящие порой до середины июля. Тут такое бывало и не раз на памяти подрастающего Вовки. Взрослое население деревни с собой брало и ребятишек: те охотно помогали им в работе, что-то поднести, отнести, сгрести в кучки влажную, только что скошенную траву, потом отнести ее на бережок — ближе к лодкам. Если выдавалась свободная минутка, ребята купались, ловили рыбу, кто-то собирал землянику в березовой рощице на острове. Почему-то всем на острове находилось дело, никто не отлынивал, не прятался. Наоборот, среди мальчишек и девчонок, кто постарше, даже считалось, что если тебя взяли на остров, то повезло, считай, лето удалось!
Вчера, в обед, сидя за столом, отец, посмотрев в окно, а потом на небо, наконец-то сказал, что пришло время отправляться на покосы, так в деревне называли эту летнюю страду... Вовка даже подскочил на табуретке: так он хотел на остров Лебяжий! В первый раз он отправится так далеко от дома и, наверное, без мамы: кому-то надо и за домом присматривать. 
«Собери на всякий случай корзинку с едой, может статься, пробудем до следующего дня», — обратился он к Вовкиной маме, тете Марусе!
«А ты, Вовка, подготовь всё необходимое на случай дождя да про рыбалку не забудь, ты и сам знаешь, как никак ты — главный помощник», — он ласково улыбнулся сыну и повернулся к гостям. 
Кстати сказать, родственники пожаловали к ним с дальней стороны: родная сестра Павла Иваныча Лариса с мужем Юрием, а еще за столом тихо и важно сидели их дети: подросток Алик с сестренкой Лёлей.
Потому-то Вовка был очень обеспокоен с утра, боялся, что отец передумает в последний момент и откажется от запланированной поездки. А Вовка ждал, надеялся и верил, как любой мальчишка, доверявший во всем своему отцу, для которого данное слово — закон. 
Что могут рассказать о мальчишке-непоседе, который крутился возле стола на кухне, его двоюродные брат и сестра? Немного, вчера только и познакомились.
Вовке недавно исполнилось восемь лет. Был он крепко сбитым, белобрысым мальчуганом, с серо-голубыми глазами... 
— Весь в отца, — часто говаривала черноглазая красавица мама. 
У нее была ласковая улыбка, немного тревожная. Может, потому, что Вовка бесконечными летними днями пропадал на улице. И хорошо еще, если бы только на улице, нет, на озере!
Хотя, где еще пропадать летом деревенским ребятам?! А деревня у них замечательная: большая, с множеством домов, с широкой центральной улицей, убегающей в частый смешанный лесок. Там ребята летом играют в прятки, собирают первые лисички да сыроежки. А потом земляника созревает, малина... Одно удовольствие для ребят!
В жаркий летний полдень будто дымится центральная улица в мареве зноя, недавно прошло коровье стадо, подняло пыль до небес. Но сельчанам такая картинка не в новинку, и ребятам глаз не режет, даже нравится. Зато осенью, когда начинают лить дожди, улица быстро покрывается липкой грязью, не просыхающей до первых заморозков. И толкут ребятишки эту грязь, добираясь до школы. Можно, конечно, найти более сухие обочины, подняться в переулки, но... На то они и ребята, чтобы в грязи находить удовольствие...
Придут в школу, сбросят на крылечке резиновые сапоги и только потом заходят в вестибюль школы. Иначе нельзя — таков здесь порядок, установленный директором.
Павел Иванович один чего стоит, может и подзатыльник подкинуть за неряшливость да разгильдяйство.
Но сегодня на улице праздник: летние каникулы. Ребята кто где: кто на улице пропадает с утра до вечера, кто с книжкой время проводит, а кто и родителям помогает охотно...
Взять хотя бы того же Вовку... С утра у него масса домашней работы: на огороде маме помочь, потом дров принести к плите на кухню, воды понемногу натаскать в дом или в баню, а уж затем отправляться по своим ребячьим делам. Таков порядок в этом доме учительском Павел Иваныч установил еще, когда дети стали подрастать!

Начало в № 4.
Да и сам Иваныч, так кратко в деревне величают уважаемых людей, без дела не сидит и другому не позволит. Закалка у него военная, крепкая. А руки у него действительно золотые, несмотря что иногда выпивает. Хотя кто в деревне русской не пьет, покажи?! Павел Иваныч этот домик сам построил, когда женился на своей Марии, дети стали рождаться один за другим, пришлось хозяину задуматься и о пасеке: и вкусно, и полезно! А еще стал он сад разводить, да не простой, а с диковинными растениями разными. По образованию Иваныч — математик, в школе арифметику да алгебру преподает, строг он, ох и строг. Но ребята его любят, хоть и вспыльчивым бывает. А всё война эта проклятая, оставила болезненные отпечатки на характере Вовкиного папки, бывшего пехотинца. 

Детей в семействе учительском четверо: Вовкины брат и две сестрички, они уже закончили восьмилетку, разлетелись из родного гнезда. На летние каникулы еще не приехали: у кого-то учеба не закончилась — экзамены, кто на практике, как Сашка, он после школы пошел учиться на автомеханика — умеет обращаться с техникой. Может при случае и велосипед отремонтировать, и мопед починить! Вот Павел Иваныч и посоветовал ему в райцентр ехать, в училище пока поступить, среднее образование получить, а там видно будет. Надя, средняя Вовкина сестра, пошла учиться в девятый класс, тоже в райцентре. Живет в общежитии. Валентина, старшая дочь и сестра, с детства увлекалась медициной, лечила всех домашних, поэтому без труда поступила в медицинский техникум. Вовка очень ждал, конечно, брата и сестер! Но большая разница в возрасте давала о себе знать. Поздним ребенком Вовка оказался, последышем, так его ласково поддразнивали старшие ребята в семье. Родители только посмеивались на это высказывание...
Одно не нравилось Вовке: когда его любимый папка выпивал. Хотя выпивал он дома, за ужином, но это происходило в последнее время довольно часто.
Мама Маруся, так Вовка с Павлом Иванычем называют свою Марию, недовольна, конечно, этими посиделками его с самим собой, на этой почве происходят в семье ссоры. Тихие пока. Вовка от этих тихих ссор сбегает на озеро. В глубине души думал он так: «Вот вырасту, сяду рядом с отцом, спрошу напрямик, почему он выпивает, чего не хватает в этой жизни?» А отец в ответ, конечно, промолчит, не станет вступать с Вовкой в длинные разговоры, но взглянет на сына удивленно и с некой долей уважения. 
Может, всё у них и наладится потихоньку… Пока же мальчишка Вовка всё свободное время проводит на озере Улей. 
Почему озеро зовется Улей, никто не скажет. Может, старожилы знают, но молчат. Есть неподалеку от деревни станция железнодорожная, маленькая, затерявшаяся среди глухих лесов. На ней поезда дальнего следования только и останавливаются, всего на две минутки. Станция со странным названием Улин... Может, озеро в честь станции назвали, а может, станцию в честь озера... Плавательный сезон в деревне открывают рано: здесь обычай такой! Как сойдет лед на озере, так и собирается на берегу целая ватага взрослых и мальчишек! Все кучкуются своими компаниями. Визг стоит, шум, гам! Взрослые приглядывают за своими чадами незаметно. А в деревне у домиков уже и баньки топятся, жены да матери спешат согреть своих мужчин да сыновей-смельчаков.
С трех лет деревенская ребятня умеет отлично плавать и нырять, доставать со дна камешки для девчонок. 
Эти плаксы, так называет их Вовка, возятся на бережке со своими куклами, плещутся в сторонке, на мелководье. На глубину не лезут — опасно... Озеро Улей огромное, глубокое и такое непредсказуемое. Всё это Вовка знает. Отец посвятил, как только Вовка стал подрастать и проситься на озеро, к воде. Предупредил сразу и навсегда он своих детей: «Не отдает свою добычу Улей, умейте договариваться с ним. Уважайте». Вовке как последышу особенно много наставлений достается... Но тянет Вовку к воде. Не боится он ее, любит, и купаться, и нырять… Про свое первое ныряние он долго не рассказывал маме Марусе, чтобы не расстраивать ее. Хотя то, что не говорил, — всё ерунда, соседи добрые расскажут: таковы здесь нравы и обычаи. И это правильно. И так каждый раз, когда Вовка долго не возвращается с озера, у нее сердце в пятки уходит...
Вида мама Мария, конечно, не подаст. Такая она сдержанная да молчаливая. Соберет Вовке ужин, погладит по голове и глубоко так вздохнет. Всё лето до поздней осени Вовка пропадает на озере, рыбу ловит, купается с мальчишками. Стихнет берег озера, когда в школе прозвенит звонкий колокольчик. Пора и честь знать.
«Вставай, папка, мама уже корову подоила и выпустила в стадо», — Вовке всё не терпится...
Павел Иваныч уже не спит, как тут уснешь, если под боком такая возня всё утро. Поворчав для порядка на Вовку, он стал натягивать одежду. Действительно, пора уж собираться в плавание — на сенокосы, пока ясное утро.
Он глянул в посветлевшее окошко. Солнышко показалось над их любимым лесочком, небо чистое, нежные сиреневые оттенки легки и свежи. Лишь темнеет вдалеке густой ельник, плавно переходящий в дремучий лес. Этот огромный лес тянется в сторону Калинина, с топкими трясинами, перемежающимися с заповедными клюквенными местами. Там еще Вовка не был, родители пока не разрешают...
Родственники еще не вставали. 

«Конечно, где им так раненько подняться, — думает сердито Вовка, — небось, не привыкли там у себя, в Латвии». Ему почему-то кажется, что это очень далеко, где-то за границей огромного леса. Хотя в чем-то он, конечно, прав. Продолжая собираться, Вовка несколько раз выбежал на улицу, потом опять заглянул в горенку, где отдыхали гости. А те, как назло, и в ус не дуют. Лариса и Юрий еще спали, уткнувшись в подушки. А ребята, хоть и проснулись, но с кровати не слезали. Леле было лет восемь-девять. Светленькая да тихонькая, как мышка, она уже давно не спала. Упорно ждала, когда проснутся взрослые. Послушной уж очень была на вид... Подросток, темноволосый и плечистый Алик, нежился под одеялом. Он не любил суеты, да еще с утра! Знал, что день будет полон приключений, вот и настраивался заранее, раздумывал, что да как, поспешные решения ему не нравились.
Наконец-то все взрослые и дети проснулись, позавтракали пшенной кашей с молоком: мама Маруся в печке русской приготовила. До чего же вкусна мамина каша... Вовка даже облизал края своей миски и заглянул в чугунок, известно, что остатки всегда сладки. 
Утро потихоньку раскручивалось: всё шло своим чередом.  
Вовка носился по двору, счастливый, помогал отцу, вместе с ним готовил снасти для рыбной ловли. Что-то по-взрослому советовал и родственникам.
Спустя некоторое время Павел Иваныч с Юрием, отцом Алика и Лели, пошли к лодке. Ребята поспешили следом. Их провожали Лариса с Марией. Они решили остаться дома, присматривать за немалым хозяйством Иваныча. Лариса, мама Лели и Алика, была немного растеряна. Любительницей водных путешествий себя она не считала, да и маленькую дочку еще никогда не отпускала далеко, тем более в лодке да по глубокому озеру... 
«До острова Лебяжий далеко, около трех километров, хорошо, если плавание пройдет спокойно, — Лариса даже вздохнула от своих навязчивых мыслей по этому поводу. — Ох, мала еще девочка, да и воды боится, как на грех, плавать не умеет».
А тихоня Леля показала неожиданно свой характер, ей хотелось прокатиться в лодке! Скрепя сердце, Лариса согласилась. «Дочка всё же будет не одна в лодке, рядом взрослые: папа, брат Павел, смышленыш Вовка, родной брат Алик», - успокаивала себя беспокойная мама. 

II. Леля

Путешественники стали усаживаться в лодку. 
Лелю усадили в центре, где меньше качает, да и на виду девочка всё время. 
Мальчишка Вовка расположился на носу лодки, как самый смелый и ловкий, чтобы быть на подхвате у взрослых, в случае чего. 
Так решил Павел Иваныч. Чутье в этот раз его подвело, а может, непонятная уверенность в сыне. Не придал он особого значения тому, что Вовка так же, как и Алик с Лелей, впервые отправился на лодке по озеру Улей.
Мария с Ларисой стояли на берегу и советовали отъезжающим то одно, то другое. 
Леля тревожно вглядывалась в воду, она заметила, что дна практически не видно сквозь толщу озерной черной воды. Глубина озера ее испугала! Зато шалунишка Вовка ничуть не боялся, он торопил провожающих, вертелся, как волчок, на сиденье, лодка всё время качалась и кренилась из стороны в сторону.
Леле это сразу не понравилось, она нахмурилась, ее уже не радовали ни свежее летнее утро, ни легкий, пролетавший над ними ветерок, а он был очень кстати, отгонял прилетевших откуда-то назойливых комаров... 
Но и отказаться от поездки она тоже не решалась, слишком хотела похвастаться перед подружками дома, рассказать, как путешествовала на остров, где живут белые лебеди! 
Оттолкнувшись от берега, лодка медленно поплыла вперед.  
Иваныч и Юрий уверенно гребли, настраиваясь на не близкое плавание, Алик сосредоточенно рассматривал удочки, иногда он с любопытством озирался по сторонам. Леля, вцепившись руками в скамейку, смотрела на воду. 
С каждой минутой легкая волна всё дальше и дальше отдаляла ее от берега, от мамы. Дна давно не было видно, только толща черной воды да чьи-то тени, мягко проскальзывающие внизу и таинственно исчезающие под лодкой...
Ей давно уже расхотелось попасть на остров, еще комары стали больно кусаться, несмотря на горячее солнышко. 
Вдруг Вовка, которому надоело тихо сидеть на носу лодки, резко привстал... Он зачем-то решил перебраться поближе к Алику. Одно неосторожное движение, и лодка зачерпнула воды. Вовка не остановился, а продолжал уверенно двигаться к Алику. Лодка еще качнулась и через бортик хлебнула воды. 

Леля тихо пискнула и посмотрела на папу. Прошло всего несколько мгновений этого плавания, а ей казалось, что целая вечность... 
Юрий же, папа Лели и Алика, переговаривался с Павлом Иванычем, не замечая беспокойства дочки. 

А на дне лодки серебристо покачивалась вода. Она просочилась  к Лелиным ногам. Девочка подтянула ноги к себе и сморщила свой курносый носик. 
Вовка же бесцеремонно уселся напротив Алика и опять заерзал на месте. Леля громко вскрикнула... 
Павел Иваныч грозно посмотрел на сына. Вовка сделал вид, что не замечает взгляда отца, и продолжал еще сильнее раскачивать лодку. 
«Зачем Вовка это делал? Ведь сам хотел попасть на остров? Может, он хотел показать, какой он крутой и ничего не боится, или привлекал внимание понравившейся ему Лели?» — ответ так и остался висеть в воздухе.
Лодка постепенно удалялась от берега. Но Мария и Лариса не уходили с берега, а стояли на мелководье и вглядывались в лодку. Что-то их тревожило, хоть виду они и не показывали. 
Ларисе было не по себе, она корила себя, что уступила строптивой дочке, отпустив в долгое плавание без должного присмотра. И тут она услышала вскрик. Леля звала ее, махая рукой. Что-то на лодке происходило... 
— Надо бы их вернуть обратно, — взволнованно проговорила Лариса, обращаясь к Марии, — как бы беды не случилось, ведь Леля такая трусиха, — женщина сильно побледнела. Ее саму уже надо было успокаивать…
— Эй, на лодке, поворачивайте к берегу, — громко крикнула Мария и вскинула руку вверх. Гулкое эхо прокатилось над озером и растаяло.
Павел Иваныч, услышав крик жены, обернулся и махнул рукой, мол, всё в порядке.
— Еще чего, возвращаться с полдороги — плохая примета, — проговорил он недовольно.
— Леля, дочка, ты хочешь к маме, на берег? — встревоженно спросил Юрий у дочки.
Леля быстро затрясла белокурой головкой и, ничего не говоря, сжалась в комочек.
— Павел, давай к берегу, пока не поздно, а то проблем не оберешься, — он укоризненно посмотрел на Лелю.
— Эх, дочка, и зачем я взял тебя с собой, знал же, чем дело кончится? — Юрий уверенным взмахом весла стал направлять лодку к берегу.
Леля немного успокоилась: было заметно, что она ждет не дождется, когда же окажется на берегу, рядом с мамой.
А Ларисе с Марией пришлось изрядно поволноваться на берегу: на озере неожиданно появился ветер. Бывает, что на Улей обрушивается осенняя буря, но чтобы летом?.. Вовка тоже сжался на скамейке, вспоминая, что именно он не придал значения маленькому темному облачку, появившемуся на горизонте в момент посадки в лодку, хотя был наслышан от отца и других взрослых, чем чревата буря на воде. Им всем предстояла борьба с волнами, тяжело перекатывающимися по глянцевой поверхности озера! Утешало то, что путешественники далеко не отошли от берега. Иной раз волна так крепко ударяла в стенку лодки, что казалось, сейчас она вот-вот перевернется, и все пойдут ко дну... 
Но мужчины не подкачали, не выронили весел, когда налетал сильный порыв ветра, гребли быстро и уверенно. Временами лодка то летела к берегу, то как будто замирала на месте... 
— Крепче держитесь, ребята! — крикнул сквозь бушующий ветер Павел Иванович. Он всё время подбадривал испуганных и дрожащих ребят, стараясь улыбнуться Леле.
— Только бы не налететь на камни, Юрий, — негромко сказал Иваныч и еще крепче сжал весла. Он очень беспокоился за детей...
Съежившаяся, как мокрый и испуганный воробышек, сестра, всхлипывая, жалась к братьям. Вовка хоть и держался и не плакал, но страху натерпелся! С удивлением всматривался он в озеро. Таким его он еще не видел... 
Улей разбушевался не на шутку, требовал уважения и поклонения, никак не панибратского отношения со стороны людей. Продолжавшееся ненастье, высокие волны, низкие, быстро пролетавшие облака, ветер, свистевший в ушах, — всё это вызывало огромное беспокойство у женщин, оставшихся на берегу... 
Им казалось, что лодка борется со стихией напрасно, она то резко взлетала на волнах, то проваливалась стремительно вниз, в пучину...
Ветер стих неожиданно, улетел на остров Лебяжий досматривать утренние сны. 
В глубокой тишине раздавался веселый плеск весел да радостные восклицания детей. Погода на озере окончательно наладилась, волны, изумрудно зеленые, с белыми барашками пены на гребнях, бережно несли лодочку к берегу, легонько покачивая. Утихомирился Улей, подобрел. Даже не верилось, что минуту назад хотел поглотить путешественников…
Когда же лодка уткнулась носом в песок, первым на берег выпрыгнул Вовка. Протянув руку сестренке Леле, он помог ей выбраться из лодки. 
На сердце у него потеплело, он уже никого не винил в произошедшем, в глубине души был даже рад, что все так случилось, ведь под ногами была твердая почва, а не бушующие озерные волны. А Леля смахнула последние слезинки с голубых глаз и улыбнулась подбежавшей маме. Они крепко обнялись и долго не отпускали друг друга.

Алик же важно прогуливался по берегу: бодрое расположение духа снова вернулось к нему.
Павел Иваныч и Юрий незаметно перевели дух, они до позднего вечера обсуждали случившееся с ними происшествие.  
Своему чудесному спасению все были обязаны, наверное, трусишке Леле!

15 февраля 2018
Голосов еще нет

Добавить комментарий

8 + 6 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.