Поэтический вестник № 127

«Избрал оставить в науке 
и в книгах вечную славу 
и память свою».
Франциск Скорина

«Вестник» уже анонсировал 8-й выпуск Международного литературно-публицистического альманаха «СТУПЕНИ». И вот альманах уже у читателей! Он начинается фразой Франциска Скорины, ставшей для нашего сегодняшнего выпуска эпиграфом, ведь этот год в Литве объявлен его годом, «Вестник» рассказывал о значении деятельности этого человека и для нас в Латвии! Альманах является проектом республиканского общества Международной ассоциации писателей и публицистов в Литве. Руководитель проекта — Лев Месенгисер, ответственный редактор — Эльвира Поздняя, редактор, корректор, макетировщик — Ева Ахтаева, дизайн обложки — Дора Месенгисер. В оформлении альманаха использована графика Владимира Кольцова-Навроцкого, литературными консультантами стали Сергей Лавров и Людмила Рябенко-Зонн. Альманах международный! Поэтому в нем есть стихи латвийских авторов! Заканчиваю я предваряющий стихи свой текст опять (собственно, а чем же еще иным?) словами Франциска Скорины: «Каждый человек должен читать, потому что чтение — зеркало нашей жизни, лекарство для души».

Фото на память
Фото на память
во дворике дома —
жаль, здесь не полная
наша родня…
Это компания Вам не знакома…
Вы угадайте, которая я…
Время слегка,
как волшебные взмахи,
разрисовало судьбы полотно
и, уходя второпях, на бумаге
запечатлело немое кино…
Это у Вас, может быть,
как в романе,
время застыло на долгие дни,
где по утрам —
только море в тумане,
да бесконечные плачут
дожди…
Время пройдет…
Поменяются лица…
Море в тумане…
Уж так суждено…
Тем и меня беспокоит оно,
что заблужусь
и не буду Вам 
сниться…
Эльвира ПОЗДНЯЯ (Литва)

 

Встала я под яблоней,
Под ее ветвями,
Стройною и ладною,
Говорю с дриадой.
И совсем по-женски
Мне она сказала,
Что пора невесты 
Для нее настала.
Что стоит, раскинув
Трепетные ветки,
Что никто не видит,
Кроме человека.
Что могу сказать ей?
У людей всё схоже?
Что судьбе подвластны,
Часто обезножены,
И не можем выйти
За пределы круга —
Изменить события,
Изменить друг друга.
Красота — вот то, в чем
Можем состояться,
Сочетаясь с Богом,
Освятив пространство.
Эляна СУОДЕНЕ (Литва)

 

Пушкин
Но вечен Пушкин, жив и необъятен,
И в сумерках столетий шепчет Бог.
Средь тысячи ворот и вероятий
По остову времен идет пророк.
Шагает он по сердцу наших судеб,
Сливается с дыханием веков,
Под грохот несмолкающих орудий
И злобное глумленье дураков…
Но Пушкин жив. Меняются картины,
Слепые Парки рвут гнилую нить,
Но ясный свет и легкость бригантины
Его стихов не прекращают жить.
Анна ТУРАНОСОВА-АБРАС (Литва-Бельгия)
(1976–2022)

 

пора оставить мумию в покое!
подсматривальщики — облом!
кончайте липко пялиться в окошко!
прикройте саркофаг — последний дом
того, кто был в эпоху удостоен
музейной усыпальницы за то,
что начал новый мир, но не построил,
поскольку не построил бы никто;
из гардеробов выпустим скелеты —
пускай суставы ночью разомнут;
до петухов пускай крадут котлеты
из латок, не тревожа наш уют;
пускай они гуляют по карнизам,
пугая искушенное ворье;
наш мир, как пароходик, накренился,
закладывая резкий поворот.
в соседях — симпатичные вампиры,
заходит вурдалак на преферанс,
и полтергейсты встроены в квартиры
услугой дополнительной для нас;
в реальный мир, где нищие ресурсы,
заманишь ли кого-то калачом?..
настала ночь, и мумия проснулась —
и всем грозит картавым кулачком
Юрий КАСЯНИЧ (Латвия)

 

Я не стихи пишу — всего лишь письма.
Рука, перо, бумага. В тишине.
Я капли собираю в чашу смысла,
Чтоб обсудить с душой наедине.
Но мысль быстра, перо не поспевает
За ней собрать, прожить, сложить слова,
И потому совсем не совершенны
Мои записки. Только лишь канва
Для размышлений, в поиске прозрений,
В извечном поиске источника тепла,
Без хитрых и мудреных разночтений
Той чистой истины, 
чья суть всегда светла.
Ах, эта истина… 
в письме не будет истин.
Откроется ли? 
Вряд ли… здесь… и мне…
Добавлю теплоты к сердечной мысли…
Рука, перо, бумага. В тишине…
Мара ФЛОРИНСКАЯ (Украина)

 

Как-то так…
«Как-то так…» — мгновенно фразу
Голос сшил,
Восемь букв в двусловье разом
Раскрошив…
Паразит, пустышка, вязкий
Сорный бзык,
Оседлавший слов для связки
Мой язык?
Нет! Реченный прибауткой
Верный сказ,
Повторяющийся в сутках
Много раз!
Эта фраза — клич победный!
Только: «Чу!» —
Столь же часто, видом бледный,
С ней влачусь…
Близких духом с ней немного
В мире фраз…
Разве только: «Слава Богу!» —
В самый раз.
У нее первейший предок
Напрямик,
Хоть крути и так, и эдак,
Гласный миг!
Впрочем, краткость для примера,
А вообще
В ней наличествует мера
Всех вещей.
В ней движенье к идеалу
В каждом дне —
Пусть пошагово, помалу,
Но вполне!
В ней отсутствует бесследно
Суета,
Но она и привереда
Еще та!
Брось в монетном камуфляже,
Взяв за кром,
Не «орлом» и «решкой» ляжет,
А ребром!
И других в сужденьях правит,
И кажись,
Что мою считает вправе
Править жизнь…
…Эта фраза — отраженье,
Лития 
В каждом дне самосожженью
Бытия…
Александр ЯКИМОВ (Латвия)

 

Памяти Марины Цветаевой
Сложила руки крестом
И встала, не глядя в лица,
Пред пряником и хлыстом,
Измученная Жар-птица.
Души заглушала стон
Чтением и стихами.
Нить Ариадны в сон
Манила: «Иди за нами!»
Вернулась, как в пустоту.
Вернулась, чтобы покинуть
И голод, и страх, и звон
Колоколов  — отринуть!
О, неизбежный рок!
Лиру разбили кони.
Спит золотой завиток
У Вечности на ладони. 
Ираида КЕЛЬМЕЛЕНЕ (Латвия)

 

Оставьте сегодня меня одну,
пускай я даже иду ко дну.
Быть может, это такое дно,
где только мне побывать дано.
Там неприметный порог лежит:
не смерть еще и уже не жизнь.
И так легко возвратить назад
клубочки шерсти цветной — вязать
узоры спутанных дней невмочь.
И день уже не светлей, чем ночь.
Вязанки слов — вот и всё, что есть.
Их, слава Богу, пока не счесть.
И, значит, маленький костерок,
вздымаясь, светом зальет порог,
где продолжает в глаза смотреть
еще не жизнь, но уже не смерть.
Нина ГЕЙДЭ (Дания)

 

Звезда пастуха
Уж нет и бараньих стад,
И юный пастух — старик…
Но, как и века назад,
Звезда пастуха горит.
Летят чередой года
Сквозь засухи и дожди.
Встречает всегда звезда
Их холодом на пути.
Уж нет и бараньих стад…
У Бога — старик давно.
Звезде не считать утрат —
Ей вечно светить дано!
Светлана АБДУЛЛАЕВА (Беларусь)

 

Эскиз под бриз
Черное море. Июльское утро.
В скалах ютятся остатки прохлады.
Пляжи пустынны в такие минуты;
В травах еще не проснулись цикады.
Черное море. Расплавленный полдень.
Солнце бичует горячие спины.
Вязкой дремотою скованы волны,
В них грациозно резвятся дельфины.
Черное море. Лирический вечер.
Кутает мгла кипарисы и пальмы.
Легкий прибой что-то смутно лепечет;
Горные склоны в тумане пропали.
Черное море. Кромешная полночь.
Небо мохнатые звезды колышет.
Сонный простор безмятежности полон;
Краски всё сдержанней, звуки всё тише.
Здесь не терзают морозы округу,
Здесь паруса с непогодами спорят.
Сердце я, может, и отдал бы Югу,
Если б Балтийского не было моря.
Александр АНДРЕЕНКО (Россия)

 

Полет
Моя рука в твоей руке,
Как долго нам еще лететь!
И слышу голос вдалеке:
«Вам надо многое успеть!»
Да, улетаю, и опять
Всё повторяется, как сон —
Мои мечты, моя кровать
Нескладно дышат в унисон…
Лечу домой, чтоб улететь,
Бегу к тебе, ища свой брод, —
Там самолетам не взлететь,
Там ты и я «наоборот»…
Там обгоревшие пески,
И воздух жжет — сухой капкан,
Твоей рукою от тоски,
Как будто Родиною, пьян…
И я тону в твоей руке,
Как в чаше горького вина,
И чей-то голос вдалеке:
«Вам не испить ее до дна…»
Ольга АННАБЕРДЫЕВА (США)

 

В провинции
Милая провинция моя,
твой фронтон наивно целит в небо,
и фантом земного бытия —
в ставенках резных, ушедших в небыль.
Деревянной улицей гуськом
старики с колодца тащат воду,
чтобы с бережливостью потом
кружкой лить на грядки огорода.
Улицей раскрашенной пройду.
Запах дыма из трубы напомнит
шлейф костра в родительском саду
в доме том, что этим доскам ровня.
Милою провинцией шуршат 
шины по камням средневековым.
Целят ввысь фронтоны. И висят
ставни разноцветием платковым.
Виктория ЛЕВИНА (Израиль)

 

Пиши, как дышишь
Пиши, как дышишь! Ураганно
Верши свой путь, свой поворот.
И мысль — твой гость, 
порой, нежданный.
Застанет у твоих ворот.
Былых надежд и оправданий
Не сыщешь в закромах небес,
И неоправданных скитаний
Предстанет перед Богом лес.
И в этот миг, простой и странный,
Ты, чувством мести столь ведом,
Что, не залечивая раны,
Покинул милый, отчий дом.
Ты мстишь себе, за скупость слова,
За то, что ночью не до сна,
За то, что вновь строка готова,
Которой, может, грош — цена.
Вендетта, что горит в сознанье,
Пожалуй, лучший твой стратег,
Пиши, как будто ты в изгнанье
Готовишь тактику, побег.
Пиши, как дышишь! В миг туманный
Ты, задыхаясь в ритме строк,
Найдешь цветок любви желанный
И выдохнешь желанный слог.
Натали БИССО (Германия)

 

16 ноября 2022
Average: 3 (2 votes)

Добавить комментарий

2 + 7 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.